О художественном содержанииО содержании ▾
Описанные в книге герои, события и особенности её мира относятся к художественному повествованию. Сходство с реальными людьми, местами или происшествиями не означает, что автор описывает их в действительности.
Чудодейственные настои, алхимические смеси и другие вещества из фантастических историй существуют только в рамках сюжета. Их описание не служит инструкцией или рекомендацией к употреблению. Заботьтесь о своём здоровье и не употребляйте запрещённые или одурманивающие вещества.
После Наньгун Хэня и остальные участники по очереди стали разрезать алые камни с помощью артефактов-кольцеобразных рам. Время от времени вспыхивало иное сияние, и каждый раз взгляды всех присутствующих устремлялись к нему.
Однако перед тем, как начать разрезать камень, каждый клал на артефакт мешок для хранения — только тогда тот начинал работать.
Немного понаблюдав за происходящим, Су Мин отвёл взгляд. Наньгун Хэнь вернулся, удручённый своей неудачей.
— Брат Мо, как думаешь, мне просто не везёт в Мире Девяти Инь? Сначала тот старикашка обманул меня, когда я хотел арендовать духа Девяти Инь. Потом я выбрал алый камень, в котором и правда что-то было, но сам же его испортил… — с горькой усмешкой сказал Наньгун Хэнь. Он смотрел на шаманов, разрезавших алые камни в небе, и слушал возбуждённые пересуды вокруг. Потом вздохнул и повернулся к Су Мину.
Су Мин хотел подобрать слова утешения, но, открыв рот, так и не понял, что сказать. Ему и самому казалось, что Наньгун Хэню… действительно не везёт.
— Дядя Наньгун, ничего страшного. Подумаешь, какой-то камень! Купишь ещё несколько — и обязательно найдёшь сокровище, — подбодрила его Ланьлань, моргнув.
— Пятьсот тысяч! Пятьсот тысяч! — Наньгун Хэнь поднял голову и посмотрел на алые камни, парившие в небе. В его глазах читалось отчаяние.
— Кхм. Думаю, не стоит продолжать эти ставки на сокровища, если нет уверенности в успехе. Только что я на себе испытал то, о чём говорят посторонние: в одно мгновение взмыть на девятое небо, а в следующее — рухнуть в преисподнюю, — сказал Су Мин, взглянув на Наньгун Хэня. Он видел, как тот не может смириться с неудачей, и понимал, что никакие увещевания не помогут. Су Мин лишь вздохнул и замолчал.
Он всё ещё не понимал, почему люди, явно полагающиеся на удачу, так увлечены этими ставками на сокровища.
Он задумался, но внезапно вокруг раздался взрыв изумлённых возгласов.
— Двухцветное сияние! Это… двухцветное сияние!
— Верно, появилось двухцветное сияние! Проклятье, я же помню, что тогда выбрал камень номер восемьдесят семь! Именно его!
— Вот это прибыль! Этот человек заплатил меньше двухсот тысяч шаманских кристаллов. Одного иного сияния достаточно, чтобы цена сразу удвоилась, а тут появилось редкое двухцветное сияние — теперь камень стоит не меньше миллиона!
Услышав общий гул, Су Мин поднял голову. Среди множества артефактов-кольцеобразных рам, паривших в небе, он сразу заметил один: алый камень внутри испускал два разных луча — красный и синий. Они переплетались и освещали всё вокруг на расстоянии более тридцати метров.
Возле артефакта стоял старик. Он был так взволнован и рад, что расхохотался. В его глазах горел блеск. Старик указал правой рукой на артефакт, и вращавшиеся кольца замедлились. Наконец они остановились, отчего двухцветное сияние стало особенно заметным.
— Продолжай резать! Если пробить ещё одно отверстие, возможно, появится тень. А если покажется тень, камень станет ещё дороже!
— Сомневаюсь. Двухцветное сияние и так встречается редко, а шанс появления тени совсем невелик…
Когда старик прекратил резать камень, люди вокруг снова заговорили. Некоторые громко подзадоривали его, и за каждым словом ясно слышались зависть и восхищение.
— Владелец алого камня номер восемьдесят семь, можешь больше не резать. Наше племя Лошэнь предлагает за него миллион шаманских кристаллов! — донёсся спокойный голос из одного из восьми дворцов в небе.
— За двухцветное сияние предлагаете всего миллион? Если внутри камня появились два цвета, там наверняка что-то есть. Владелец камня номер восемьдесят семь, я, Железное Дерево из племени Дунлай, даю миллион триста тысяч. Продайте его мне! — из другого дворца раздался знакомый Су Мину голос. Это был Железное Дерево, шаман позднего уровня.
Владелец алого камня нерешительно посмотрел на него, затем — на два дворца, откуда раздавались голоса. Очевидно, пример Наньгун Хэня заставил старика сомневаться.
— Режь дальше! Проклятье, неужели ты поддался такому искушению? Я выбросил пятьсот тысяч, но всё равно продолжил резать! — сквозь зубы процедил Наньгун Хэнь, глядя в небо рядом с Су Мином. В его глазах проступило ещё больше красных прожилок.
— Брат Наньгун, что означает двухцветное сияние? — спросил Су Мин. Он знал о ставках на сокровища немало, но всё же уступал тем, кто участвовал в них много раз. Теперь, глядя на красно-синий свет, он решил расспросить Наньгун Хэня.
— Брат Мо, ты, наверное, не знаешь: до того, как алый камень разрежут, его не исследовать никакими способами. Но во время резки проявляются некоторые закономерности.
Иное сияние — одна из них. Если появляется один луч, значит, внутри что-то есть, но это может оказаться как настоящим сокровищем, так и бесполезной окаменелостью.
Если же появляется два луча, это значит, что даже окаменевший предмет обладает некоторой ценностью… И так далее. За всю историю состязания по ставкам на сокровища однажды появилось целых семь лучей — тогда из камня достали редчайшее сокровище!
А тень, о которой говорили раньше, — ещё одна закономерность. Она возникает гораздо реже иного сияния. Можно считать, что, когда содержимое алого камня, долгое время остававшееся запечатанным, впервые соприкасается с внешним миром, на миг проступает его странный призрачный образ!
Иное сияние доказывает, что внутри что-то есть, а тень — что это нечто необыкновенное. Хотя и это не всегда так, иначе я бы не колебался, когда в моём камне появилось сияние.
На каждом состязании по ставкам на сокровища случается, что камень выглядит многообещающе: появляется иное сияние, а порой даже тень, — но после вскрытия внутри всё равно оказывается пусто…
Так что все эти закономерности люди вывели сами. В них есть и доля правды, и доля вымысла… — вздохнув, объяснил Наньгун Хэнь.
Пока они разговаривали, владелец камня номер восемьдесят семь, старик, похоже, принял решение. Он поднял правую руку, собираясь что-то сделать, но тут из другого дворца донёсся женский голос.
— Если не разрезать камень до конца и не дождаться появления тени, двухцветное сияние ничего не изменит. Стоимость камня не вырастет, а может, даже упадёт. К тому же ты рискуешь испортить его.
— На твоём месте я бы продала его сейчас. Так или иначе, ты уже получишь прибыль. Наше племя Цюхай готово заплатить за камень миллион пятьсот тысяч.
Услышав этот голос, Су Мин едва заметно шевельнул взглядом. Под маской его лицо оставалось бесстрастным. Он узнал голос святой девы племени Цюхай, Ваньцю.
Старик, владевший алым камнем номер восемьдесят семь, выглядел измученным нерешительностью. Спустя долгое время он вздохнул и, сложив кулак в ладонь, поклонился в сторону дворца, откуда доносился голос святой девы племени Цюхай.
— Раз великое племя Цюхай заинтересовалось этим камнем, я согласен на сделку.
Едва старик произнёс эти слова, из дворца вылетела полоса света. В ней находился старик с седыми волосами и в синей мантии. По колебаниям ци, исходившим от него, можно было понять, что он достиг уровня шамана позднего уровня.
Он медленно подошёл, бросил рядом со стариком мешок для хранения и даже не взглянул на него. Вместо этого долго смотрел на алый камень внутри артефакта-кольцеобразной рамы, а затем нахмурился.
Старик поспешно отступил, неохотно удаляясь и всё время оглядываясь на алый камень.
Но он ещё не успел вернуться на землю, как артефакт заработал. Прозвучал гул, и алый камень стал уменьшаться. Старик из племени Цюхай несколько раз управлял артефактом, после чего шаман позднего уровня шагнул вперёд и, низко вскрикнув, поднял правую руку и с силой ударил по камню.
В алом камне уже было множество сквозных отверстий, и он успел сильно уменьшиться. От удара по нему побежали трещины, соединившие отверстия, — и с грохотом камень раскололся на четыре части. В воздухе над ладонью старика повис прозрачный камень размером с голову.
Он был кристально чистым. Внутри лежала железная пластинка, вся покрытая ржавчиной. На вид самая обычная, она, однако, источала едва заметную ауру убийства.
— Магическое сокровище! Это точно магическое сокровище!
— Магическое сокровище из Мира Девяти Инь! Ему, должно быть, бесчисленное множество лет!
— Племя Цюхай сорвало большой куш! Они купили магическое сокровище за миллион пятьсот тысяч шаманских кристаллов, и им даже не пришлось рисковать. Хе-хе, его истинную стоимость и представить невозможно!
Су Мин смотрел на прозрачный камень в руке старика из племени Цюхай, парившего в небе, и его взгляд слегка изменился. Рядом с ним Наньгун Хэнь выглядел подавленным: очевидно, он вспомнил о своей недавней неудаче.
Старик, продавший камень за миллион пятьсот тысяч шаманских кристаллов, растерянно застыл. Его лицо то бледнело, то краснело. Судя по всему, в душе у него творилось не меньшее смятение, чем у Наньгун Хэня. Он продал камень главным образом потому, что не выдержал мысли о том, как в одно мгновение лишится полутора миллионов шаманских кристаллов.
Шаман позднего уровня из племени Цюхай улыбнулся и перевернул ладонь. Прозрачный камень исчез. Он повернулся и направился к дворцу племени Цюхай. Старейшина Храма богов-шаманов сидел на соседней крыше, скрестив ноги, и сохранял бесстрастное выражение лица. Но если приглядеться, можно было заметить, как сузились его глаза, когда он увидел найденный в камне прозрачный камень.
— Продолжайте! На торги выставляются алые камни с номеров сто одного по двести!
Когда все первые сто камней разрезали, обстановка накалилась до предела. Люди ещё горячее принялись торговаться за следующую сотню.
— Двести тысяч!
— Триста тысяч!
— Триста пятьдесят тысяч!
— Пятьсот тысяч!
— Шестьсот тысяч!
С каждым новым алым камнем снова и снова звучали ставки. Вскоре все сто камней раскупили, словно смели с прилавка.
Наньгун Хэнь несколько раз порывался что-то сказать, но всякий раз сдерживался. Су Мин же всё это время молча наблюдал и не участвовал в торгах. Он ждал камни под номерами шестьсот девяносто семь, девятьсот один и девятьсот сорок девять.
В этих трёх камнях он был уверен. На остальные он не собирался ставить.
Время медленно шло. Вторую сотню алых камней начали разрезать после торгов. В двух из них появилось иное сияние, но после вскрытия один оказался пустым — несколько сотен тысяч в одно мгновение улетели на ветер.
Внутри другого камня что-то было, но найденный предмет полностью окаменел и рассыпался в прах от лёгкого прикосновения.